СШАмериканская транс* исследовательница Сьюзан Страйкер (associate professor в Университете Аризоны) — человек с большим организационным талантом. К её проектам в частности относится создание академического журнала TSQ: Transgender Studies Quarterly (первый немедикализированный журнал по транс* исследованиям) и магистратуры по транс* исследованиям в Университете Аризоны. Конференция по транс* исследованиям, прошедшая 7-10 сентября 2016 всё в том же Университете Аризоны (г. Тусон), тоже её рук дело.

Сьюзан Страйкер открывает 1-ю конференцию по транс* исследованиям в Университете Аризоны.

Я послала заявку на участие в конференции в феврале. В заявке написала, что хочу сделать компьютерный текстуальный анализ (text mining) русскоязычных транс* форумов, в частности определить тренды, какие темы когда обсуждались (для этого я собиралась сделать автоматическую классификацию постов по темам). Для целей анализа я разобралась в имеющемся программном обеспечении, дописала кое-что своё… но тут выяснилось, что архив ТГрус был выложен в открытый доступ без согласия участвующих, из-за чего я сочла неэтичным продолжать дальнейшее исследование в этом направлении (хотя думаю применить написанный софт для иных целей). Впрочем, на участии в конференции это никак не сказалось, потому что организатор_ки приписали мне совсем другую тему: рассказать про транс* сообщество в постсоветской России. Хотя это спасло меня от необходимости объяснять, почему моё исследование не готово, я была, мягко говоря, не очень довольна, что вместо исследовательского доклада мне предложили выступить как представитель_ница сообщества. Кажется, я знаю, почему они это сделали, о чём далее, но сперва некоторые путевые заметки.

Академические конференции отличаются от активистских по модели финансирования. На активистских конференциях (особенно вне США) часто расходы на проезд и проживание участвующих берут на себя организатор_ки, которые восполняют их за счёт грантов различных фондов. На академических конференциях участвущие как правило сами ищут средства, часто за счёт исследовательских грантов или финансирования от университета, а организатор_ки не только ничего не дают, но и берут нехилые взносы за участие. Конференция по транс* исследованиям сочетала в себе эти подходы: насколько я понимаю, люди, работающие в университетах, платили сами, тогда как на проезд остальным организатор_ки искали гранты. К последним относилась и я, поэтому мне выдали 500 долларов. К сожалению, по ценам США, это не совсем достаточная сумма. Я потратила примерно 200 долларов на перелёт в одну сторону, 250 долларов за проживание в гостинице, и остальное на еду. Билет в обратную сторону был куплен за бонусные мили, которые правда были не мои, а моей партнёрки, но короче, вышло почти бесплатно. Это при том, что я летела из Нью-Джерси, — понятия не имею, как бы туда могли приехать кто-либо извне США, собственно, их там практически и не было…

Перелёт занял 4.5 часа до Феникса (столица штата Аризона), и примерно 50 минут оттуда до Тусона. Тут надо заметить, что в отличие от какого-нибудь Аэрофлота, американские авиалинии не включают еду в стоимость билета, поэтому всё это время я ничего не ела кроме хлеба с солью и печенек. Моей серьёзной ошибкой было поехать туда в шортах, потому что в СШАмериканских аэропортах и самолётах (а также во всех прочих местах: поездах, метро, зданиях) ужасно холодно из-за кондиционеров (пишут, что так происходит из-за того, что температура рассчитывается исходя из потребностей цисгендерных мужиков в пиджаках). Надо сказать, что и после выползания из аэропорта согреться мне особо не удалось, потому что в противоречие моим представлениям о пустынях (г.Тусон находится в пустыне Сонора), в этот день в пустыне шёл ливень. Поскольку дождь там всё-таки бывает нечасто (это мне просто повезло), то дождевой канализации на дорогах нет, и вода текла по улицам реками, а лужи были глубиной не меньше 10 сантиметров. С чемоданом, в шортах и в незнакомом городе моё путешествие было не самым приятным. Помимо этого, Тусон является одним из городов, озабоченных сбережением энергии на освещении (одной из причин является то, что в нём находится обсерватория, а огненное зарево от уличного освещения мешает астрономическим наблюдениям), и хотя саму идею энергосбережения я полностью поддерживаю, приятности моему вечернему путешествию это не добавило. В целом, у меня создалось впечатление от Тусона, что это очень большое (полмиллиона человек) село. За исключением самого центра, это 1-2-этажные домики, расползшиеся на большое расстояние. Вероятно, это связано с низкой стоимостью земли в пустыне, так что строить многоэтажные дома не выгодно. Да и вообще этот город как-то мало похож на США, а скорее на Мексику (как её стереотипно показывают в фильмах), до границы с которой там примерно 100км. Из того, что мне понравилось, это наличие автобусов и трамваев (в целом в США с общественным транспортом очень плохо) и широкие тротуары, относительно немного машин и людей.

Что касается гостиницы, то она представляла собой типичный случай американского мотеля, рассчитанного на людей с машинами (например, ресепшн расположен не в холле, а в виде отдельного домика, напоминающего сторожевую будку у ворот). Завтрак состоял из молока с хлопьями, сока, пончика и бананов/яблок. Я недаром притащила с собой элетрический чайник, потому что чай американцы не пьют совсем. Ещё там был холодильник, куда я клала взятые с собой из дома яйца, огурцы и картошку.

Теперь, описав СШАмериканский быт (информация, которая может кому-то пригодиться, если когда-то соберётесь в США), перейду собственно к конференции. Она началась вечером 7-го сентября с регистрации и выступления Сэнди Стоун, чей текст («The Empire Strikes Back: A Posttranssexual Manifesto») из начала 90-х считается началом трансфеминизма. К сожалению, я туда не попала, потому что только приехала вечером и насквозь вымокла, так что идти куда-либо у меня не было никакой возможности (а главное, желания). Зато я пошла на следующее утро (8 сентября). Поскольку участвующих было много и все что-то рассказывали, в некоторых случаях шли параллельно до 10-ти сессий (см. программу). Сначала я пошла на сессию по политическим идентичностям, но к сожалению, она оказалась не особо интересной. А вот после этого было моё выступление, о чём расскажу чуть подробнее.

Университет Аризоны.

Итак, как я писала в начале, организаторки приписали мне совсем не ту тему, по которой я хотела выступить. В результате, меня объединили с несколькими другими людьми в сессию под названием «Global Reports» (т.е. «глобальные перспективы»). Помимо меня там была транс* женщина из Лаоса (которая делала сопрезентацию со мной), кто-то с Кипра, а также некий Justin Ostrowski, который рассказывал про ЛГБТ в Кыргызстане, но сколько я ни спрашивала, люди из Кыргызстане не знают, кто это такой. Сама такая группировка напоминает мне практики колониализма, когда англоязычные люди могут говорить на любые темы, тогда как неанглоязычные, считается, могут рассказывать только о своих странах. Моя сопрезентаторка была первой транс* женщиной из Лаоса, получившей PhD (правда, не в Лаосе, а в Португалии) и очень гордящейся этим. Она долго говорила о себе, о ситуации в стране, но когда дошло дело до её исследования, оказалось, что исследование у неё только в проекте, и она планирует проинтервьюировать 15 своих подруг — лаосских транс* женщин, занимающихся секс-работой в Таиланде. На выступления про Кипр и Кыргызстан я не попала, так что не знаю, о чём там говорили. Сама я привела недавно придуманную мною классификацию постсоветского транс* активизма на четыре группы, о которой пишу сейчас текст для Sexuality Policy Watch. Наша сессия была одной из наименее посещаемых — 8 человек — зато на ней была Талия Беттчер (о которой далее). Что меня слегка удивило, присутствующих больше интересовала ситуация в Лаосе, чем в России.

В тот же день после обеда выступали радикальные трансфеминистки из Британии. С одной из них (Нат Раха) я уже была знакома с конференции Transgender Europe, с двумя другими познакомилась в тот же день. К сожалению, их выступление я не очень поняла, так как они много ссылались на различных философов и теоретиков, про которых я никогда и не слышала. Ещё на их лекции я первый раз заметила тенденцию, которая себя проявила и позже: на СШАмериканских академических конференциях люди любят зачитывать свои статьи. Они не рассказывают, а просто читают вслух текст, как он написан. Зачем это делать, если я и сама могу прочесть, не понятно… Мне это напомнило скучные лекции во время моего обучения в МГУ, с которых я регулярно сбегала — я очень плохо воспринимаю информацию на слух, особенно если она никак эмоционально не окрашена. Так что, с сожалением вынуждена сообщить, что от радикального трансфеминизма я чуть не заснула… На следующей сессии я пошла слушать выступление известной транс* философини Талии Беттчер (профессорка философии в Университете штата Калифорния). Не сказать, чтобы я узнала много нового, потому что ранее читала её текст о трансфобии (и ссылалась на него в своей книжке в главе 2), зато у меня во время её выступления появилась критика этого текста, который на мой взгляд, является диадоцентричным и не учитывает существования интерсекс* людей (об этом я напишу отдельную статью). На этом первый день для меня закончился, потому что я решила сбежать с последний дискуссии и пошла есть фо (вьетнамский суп). Поскольку моя гостиница находилась в 20 минутах ходьбы от университета, а ходить в темноте мне не хотелось, на вечернее выступление Мауро Кабраля я также не пошла.

Утром 9 сентября я пришла на дискуссию по исследованиям транс* людей of color. Если американский английский в целом труден для моего понимания, то на этой сессии я вообще практически ничего не поняла, потому что афро-американский английский обладает своей особой спецификой. На следующей сессии я слушала про некрополитику, некровласть и некропорнографию — хотя английский был понятный, по сути я поняла не так много, но сами концепции меня заинтересовали, и я думаю почитать о них. Затем я таки решила пойти на выступление Мауро Кабраля, который говорил на сессии по латиноамериканским транс* исследованиям. Оказалось, что вся сессия была на испанском, и хотя перевод прилагался через наушники, я опаздала и до наушников добраться не сумела. Следующую сессию я прогуляла вовсе, потому что очень есть хотелось, а интересных для себя тем я не нашла. Зато потом я попала на исследования транс*инвалидности. Это была сессия, которая мне понравилась больше всего, в том числе и потому, что выступающие предоставили текст своих выступлений для тех, кому трудно воспринимать на слух. Об этой теме я тоже напишу подробнее, потому что меня поразили некоторые похожие идеи, которые связывают транс* исследования и исследования инвалидности (именно теория), я узнала о crip theory, в которой мне ещё предстоит разобраться.

Последний день (10 сентября) начался с дискуссии о будущем журнала TSQ. Основные два изменения, которые планируются, это: (1) начало выпуска номеров на общие темы (сейчас тема каждого номера задаётся заранее; сказали, что это было сделано для привлечения большего внимания к журналу), и (2) переход на многоязыковую модель (правда, начать они хотят с испанского, и до русского там вряд ли дойдёт). Также я слышала жалобы на издательство Duke University Press, и вроде они даже думают менять издательство. В этот день было ещё три сессии, на которых я была, но ни одна не показалась мне достаточно интересной, чтобы о них тут упоминать. Наконец, вечером была дискуссия по созданию ассоциации (научного общества) по транс* исследованиям, впрочем, в этой дискуссии не было никакой конкретики, но много энтузиазма и трудновыполнимых предложений. Как всегда в конце всех конференций, все высказывались, как им всё понравилось, и что надо продолжить и т.п., так что тут я ничего нового не узнала.

Как можно заметить по моему описанию, я была не совсем в своей тарелке на этой конференции, и не так много поняла и вынесла оттуда. Одна из причин — мои проблемы с американским английским. Организатор_ки частично учли эту проблему и делали перевод на испанский; также на некоторых сессиях на экране писали транскрипт выступления, но очень неполный. Вторая причина более по сути выступлений. На этой конференции трансгендерность обсуждалась практически исключительно с точки зрения гуманитарных наук. Всё-таки мне с моим химическим образованием до гуманитарных наук ещё далеко, поэтому из того немного, что я поняла из-за проблем с английским, значительную часть я не поняла по содержательным причинам. По этой же причине, как до меня дошло к концу конференции, мне изменили тему: количественные методы это совсем другая опера и в тематику данной конференции они не вписывались никак… Конечно, можно смотреть на это и с другой стороны: я узнала, что трансгендерность можно изучать не только с медицинской или социологической точек зрения, но и через призму гуманитарных наук — на русском языке, насколько я знаю, этим никто не занимается. Также я поняла, что в журнал TSQ лучше, наверное, количественные исследования не посылать.

На следующий день после окончания конференции я должна была лететь обратно в Нью-Джерси, но с утра (пока солнце ещё не пекло) я всё-таки вытащилась за город посмотреть на пустыню Сонора. С удивлением обнаружила, что пустыня не такая уж пустынная, как я думала, и там довольно много растительности, и не одни только кактусы. В общем, поездка получилась познавательная, хотя могла бы быть и более полезной.

Пустыня Сонора. Sentinel park, г. Тусон.

, , , ,